Признайтесь, вы любите сказки. За тривиальность сюжета. За счастливый конец. За обаятельных и типичных в своих характерах персонажей, которых с лёгкостью можно разделить на злых и добрых. За безудержный полет фантазии и небывалые чудеса. Любите бессознательно, искренней детской любовью, заставляющей заботливо хранить вечные книжные истории на домашних полках.

Проносим ли мы трепетную любовь к сказкам через всю жизнь? Или оставляем ее там, в детстве? А если оставляем, то почему? Не потому ли, что, взрослея, сталкиваемся с беспощадной в своей прозаичности реальностью?

Есть писатели, видящие мир глазами ребенка. Есть писатели, причудливо жонглирующие чудесами, вписывая их в контекст повседневности с таким небывалым мастерством, что читатель уверен: перед ним правда, и ничего, кроме правды.

Один из таких писателей – Морис Метерлинк – бельгийский писатель и драматург, философ, лауреат Нобелевской премии 1911 года, и, конечно, сказочник. Сказочник, глядящий на мир через призму трагического.

Сказка и трагедия не совместимы! – скажете вы, и будете правы, но только отчасти.
Родившийся в старинном фламандском городе Генте (Бельгия), юный Метерлинк впитывает в себя красоту и великолепие средневековых зданий, переулков, мощеных улиц и гранитных набережных. В полуфантастической, располагающей к созерцательности обстановке, он создает свои первые литературные образы, принесшие ему в будущем мировое признание.

Создавая пьесы, Метерлинк зачастую кладет в основу сюжета известные сказочные истории или создает собственные образы, не менее фантастичные. Но мир его персонажей во многом уродлив и жесток, а конец безысходен и трагичен. Герои живут в мрачном пугающем мире, где все подчинено игре неведомых сил рока, довлеющего над ними.

Такова его первая пьеса «Принцесса Мален» (1889), с появлением которой начинается многолетняя слава Метерлинка-драматурга. В основе сюжета – сказка братьев Гримм о бедной девушке, злой мачехе и прекрасном принце. Всё как всегда. И, вместе с тем, Метерлинк лишает историю счастливого финала. Жизнь требует нового героя, а, следовательно, и «новой драмы». В ней, по мнению Метерлинка, будет отражен трагизм повседневной жизни, в которой человек становится жертвой неподвластных ему сил. Эта борьба преображает действительность в мир вечной тайны, в которую никому не дано проникнуть. Предопределенность человеческой судьбы превращает личность в безвольную куклу, становится причиной несвободы, которая обрекает героев на гибель.

В пьесах Метерлинка герои часто сохраняют молчание. Они слепы, им не дано увидеть происходящие вокруг перемены, но дано почувствовать их приближение. Этим объясняется атмосфера ожидания и покорности перед неотвратимо надвигающейся судьбой, которая блестяще передана Метерлинком в пьесах «Слепые», «Непрошенная», «Там, внутри», «Смерть Тентажиля».

Пьесы Метерлинка отличаются живописностью. Он творчески воссоздает в своих произведениях традиционные мотивы нидерландской живописи, вкладывая в вековые сюжеты собственное трагическое восприятие мира. Евангельские притчи, фантасмагория, средневековые миракли, фарс – интерпретируемые Метерлинком сюжеты жанрово разнообразны, однако, все они сливаются в единый мотив внутренней несвободы, заставляющей человека страшиться будущего и бежать от судьбы. Данная тематика становится популярной во второй половине XX века, являясь центральной в так называемой «драматургии абсурда».

Мир чудес неизбежно переплетается с миром реальным. В этом смешении рождается зыбкая надежда на счастье, которую Метерлинк дарит своим читателям в сказочной феерии «Синяя Птица». На смену угрюмому пессимизму приходят мотивы стремления к свету и надежде, торжества добрых сил над злыми. Драматург не только возвращается к излюбленному сказочному сюжету, но и придумывает поразительных персонажей, наделяя душой такие обыденные предметы, как Сахар, Молоко, Хлеб, Огонь, Воду.

Но и это ещё не всё! Для своих незаурядных героев Метерлинк создает ещё более незаурядные места  действия: «Страну Воспоминаний», «Сады Блаженства» и «Царство Будущего». Пьеса создает впечатление яркого сновидения, в котором зажигается робкая надежда на светлое будущее, обещающее счастливый финал. И он есть, несколько зыбкий и неопределенный, но всё-таки счастливый, великодушно подаренный читателю.

Так признайтесь же, вы любите сказки! За их чарующую атмосферу, безграничность художественных возможностей. Всё ещё уверены, что реальность и сказка – «две вещи несовместные»???

Пленительные фольклорные образы Метерлинка, органично вписанные в трагические реалии нынешнего века, позволят вам убедиться в обратном!

 

 

Валерия Пронина