Продолжение I части…

Наш насыщенный день решили проводить деликатесами – морепродуктами в ресторане Le Brebant. Здесь, конечно, можно порадоваться всем французским радостям жизни за 75 или 150 евро (в зависимости от размера тарелки ассорти из морских обитателей), только стоит заранее подумать — достоин ли один маленький моллюск двух «пассатиж» и «шила».

Из ресторана мы идем домой пешком, останавливаясь под окнами, слушая музыку пятничных парижских тусовок. Прямо на улице, под этими широко распахнутыми окнами мы подтанцовывали тем, кто был на один-два этажа выше и радовались за тех, у кого проходит так каждый пятый день недели.

Второй парижский завтрак мы решили устроить в пекарне Paul, основанной еще в 1889 году. Багет с овощами, кофейный эклер, кофе и ты готов взбираться на смотровую площадку Нотр-Дама. И мы поднялись, если бы не огромная очередь, предвещающая часы ожидания под дождем. Идем на аромат цветов и находим свой рай на Allée Célestin Hennion – уютный цветочный маркет. Один из закутков носит гордое название, в котором фигурирует имя Елизаветы II, не менее гордо там видит фотография королевы Великобритании среди тех самых парижских цветов.

  • На набережной Сены очень много лавочек, в которых торгуют книгами выдающихся французских (и не только) писателей, естественно, на французском языке.

Продвигаемся в сторону 5 округа Парижа и проходим в Пантеон – усыпальницу, расположенную в Латинском квартале. Нас бесплатно ведут на смотровую площадку, с которой отрывается превосходный вид: вперемешку с перистыми облаками, виднеющимися холмиками, на ребристых крышах примостились милая Эйфа (она не надоест никогда), суровый Нотр-Дам, деловой Дефанс и грузный Консьержери.

Чокаемся бокалами розового вина с куполом Сорбонны IV на веранде Les Patios; остываем под пальмами Люксембургского парка, любуясь на яхточки в фонтане; сравниваем собор Сен-Сюльпис с классицизмом Рима.

  • Самый вкусный лепесток розы можно найти на пирожном Ispahan в самой настоящей французской кондитерской 1862 года Ladurée.

Мы возвращаемся к Парижской громадине (все дороги ведут сюда). За 5 евро устраиваем вечернюю зарядку, поднимаясь на второй этаж Эйфелевой башни (всего их три) и всего на минутку не успеваем потратить 6 евро ради третьего этажа.

  • Изящество блеска Эйфы не смогла бы передать даже Риана со своим Shine bright like a diamond. На это нужно останавливаться и смотреть у подножья, открыв рот, а на высоте нужно ловить мерцания в кулачки, да цеплять так крепко, чтобы никогда-никогда не выпускать. Вообще это нужно делать со всем, что есть в Париже.

На проспекте Бурдоне со стороны Café le Dome раздаются оперные голоса. Прохожие, автомобилисты засмотрелись на шикарную женщину, которой любая ария дается на раз-два. С пакетами, набитыми багетом, вином и шоколадной пастой поднимаемся на наш самый любимый верхний этаж, открываем самые любимые обшарпанные двери, по очереди качаемся на самом любимом гамаке под самую неописуемую французскую музыку.

  • Следующий день накормил нас омлетом в кафе около дома, познакомил с современным искусством в музее «Помпиду» и погрел на брусчатке около него же; напоил вином в саду Тюильри и измазал там же пальчики в шоколадной пасте; демонтировал колесо обозрения на площади Согласия и забросил нас все-таки на третий этаж Эйфы. И здесь: ни с чем не сравнимые часы, промчавшиеся секундами; закат, скачущий зайчиками по всем выступающим поверхностям и углам города.

О какой сказке можно еще мечтать, если ты находишься в Париже? Может быть столица и показала большую часть того, чем она может удивить, но вот у пригорода в запасе еще много идей. Оставляем на несколько часов Сережу смотреть на оружие в Доме Инвалидов и в миллионный раз наблюдать за взглядом Джоконды, а сами надеваем наши самые лучше наряды (платья принцесс) и летим на двухэтажной карете (пригородной электричке SNCF) в Марн-ля-Вале!

Диснейленд Париж как маленький кусочек рая. Он стоит того, чтобы добираться до него около полутора часов, он стоит двухчасовых очередей на аттракционы, он стоит тех глупых фотографий в туннелях американских горок. Его мороженое с печенькой-напоминанием о 25летнем Юбилее, парад принцесс, ушки Микки в сувенирном магазинчике и фиолетовая волшебная шляпка Мауса на Сашеньке, ожидание на станции Washington D.С. поезда, который туда никогда не придет. Какая разница сколько вам лет, если вы за ручку бегаете по парку, чтобы точно все успеть и плачете, когда видите настоящих Жасмин и Рапунцель?

Мы возвращаемся к Сереже в 7 вечера, и он нас ведет к самому обаятельному официанту на всем Свете в Miguel Hubert на углу Нотр-Дама. Нам целуют руки, поят красным вином и показывают наш последний парижский закат, который прячется за башни Собора Парижской Богоматери.

Своими винами, видами, архитектурой, мостами, балкончиками, садами, модой, огнями, дорогами, мопедами, ночами, пароходами, ресторанами, официантами, спекулянтами, багетами Париж вторит стереотипности. Эта стереотипность создала купол вокруг города и как только ты попадаешь в него, он превращается в лопающийся мыльный пузырь. Здесь есть конкретика и нет третьего лишнего: либо точно да, либо точно нет – ты либо влюбляешься на всю жизнь, либо надеешься, что тебя сюда никогда не занесет. Мы влюбились окончательно и беспросветно.

Фото из личного архива

Мария Кузнецова