Из дневниковых воспоминаний

летописца-постапокалипсисиониста

«Шёл 24 год от выборов Президента

Межсрочные указы потерпели поражение, а экономика отдала курс и уже начала идти ко дну. Казалось бы, и не из такой воды выходила сухой Великая страна, но тут новая напасть, ради чего я и пишу. На нас, на огромную сверхдержаву победившей бюрократии! победившую демократию, нахлынула волна безработицы. И я бы не хотел писать об этом столь избитыми образами, но поймите меня превратно и буквально! Действительно волна. И не одна. Пишу Вам, стоя по колено в воде. Забыл представиться, извиняюсь, память девичья. Я – летописец Неспор. И я – очень бесконфликтный человек, видимо, поэтому меня и выбрали для важного государству дела. А дело вот в чем, – на волне событий пришлось думать над спасением населения.

Мы – государство светское и в экстренных ситуациях в первую очередь обращаемся к главному Документу страны – Библии. И было решено строить Ковчег. (Хотя на Западе так уже, вроде, не модно) Членам Думы думается, что я неплохо буду протоколировать церемонию спасения.

Набрали в первую очередь мы конечно животных (нужно же с чего-то начинать). А, ну еще и команду. Работник 1 и работник 2, кажется, так звали моих напарников (визуально Вы бы точно понимали, кто есть кто, один очень женоподобный). Там все просто – каждой твари по паре, как говорится. Управились быстро. С людьми тяжелее. Мужчина и женщина – мало. Стали думать. Вспомнили, что волна безработицы и решили по профессиям выбрать, не всех спасем, так хоть экономику поднимем. Наверное.

Сначала все шло очень даже хорошо: учитель и учительница, буфетчик и буфетчица, лаборант и лаборантка, артист и артистка, медбрат и медсестра спокойно прошли контроль и заняли свои места в каютах. А вот на враче мы остановились, я сначала, честно сказать, опешил от слов коллег:

Р1: -Проходит только врач!

Я: — Как — говорю — такое может быть? Не по регламенту! У нас все по парам!

Р2: -Не вижу нарушения.

Я:- Как же так? А женщина врач?

Р1:- Не пущу, тут нарушение, врач уже есть, два врача не положено.

Я:- Давайте придумаем тогда, найдём вариант…

Р2:- Придумаем, слышишь, что говорит! Женская логика!

Побурчали себе под нос, но вроде согласились. Мы все, если сказать честно, побаивались не выполнять поручения Начальства.

Р1:- Ладно, врачиха, проходи.

— Я не врачиха! Как так можно с женщиной? Я, между прочим, дипломированный специалист!

Р2:- И правда, не врачиха. Извините, врачунья! Столько шума от вас. Проходите. Побыстрее.

Следом прошло такое количество «регламентированных» профессий, что я сбился со счету и почти начал засыпать, как вдруг опять услышал диалог на повышенных тонах:

Р1,Р2: — Няня, проходите, нет, стойте! Рядом с Вами кто? Нянь? Почему без усов?

Эта ситуация устаканилась как-то быстрее. Нянь мужественно пожал руку одному из проверяющих, и конфликт был исчерпан. Мужская солидарность взяла верх.

Далее по списку были поэт и поэтесса, и я даже выдохнул с облегчением, однако девушка и вовсе не хотела принимать ярлык.

Махнул рукой мой женоподобный коллега и обратился ко мне:

Р2: — Слабый пол, говорит, что с них взять.

Я: — Да — отвечаю, — мне тоже показалось, что каркас Ковчега не такой уж прочный.

Он закатил глаза и отошёл. Почему бы?

Когда я уж было потратил все своё воображение на придумывание профессий, люди почти закончились, а каюты остались. Было решено набрать дополнительное количество людей.

Так и сделали.

Р1: — Студент, студентка проходите. А! Тогда сразу спортсменка, комсомолка

Р2: — А с комсомолкой кто? Комсомол?

Р1: — Комсомол мы с 91 года на борт не берём, это я точно знаю.

Р2: — А как тогда? Ааа! Комсомолец! Проходите!

Р1: — Нет, стойте. Прописка у вас какая?

— А какое значение это имеет? Московская.

Р1: — Получается, Московский Комсомолец? Таких не то, что на борт, даже в руки не берём!

— Но, позвольте, моя жизнь сейчас почти в ваших руках!

Р1: — Давайте без красивых фраз. Всем известно, спасение утопающих дело рук самих утопающих.

Разразился конфликт. Решено было отойти, поговорить по-мужски. Вернулись друзьями.

Набрали людей вдоволь, дан приказ спускать на воду судно. В наших планах было не то, чтобы взять конкретное направление, а просто остаться на плаву. Но надежды разбились, как бутылка о борт… Да что уж там, как и сам корабль! Не поплыв, начали тонуть.

А я же подметил, пол слабый! Просто подняли экономику раньше, чем паруса, с кем не бывает. Одно беспокоит – начальство. Спасать от волны без работницы, чтобы потерять работу! Коллеги говорят, что женщины на корабле к несчастью, и потому все так произошло. Эх, а что скажет Мария Ивановна, когда узнает?»

 

 

 

 

Марианна Богданова