«Вставай же и беги из дома прочь,
Оставляя свой сон у порога.
Грядёт такая же звёздная ночь,
Как когда-то была у ван Гога»

Сегодня картина «Звездная ночь» известна каждому любителю живописи. Для рядового пользователя соцсетей, подписанного на паблики по искусству, фигура нидерландского художника-импрессиониста уже стала затёртой: его лицо всё чаще встречается на кружках, футболках, блокнотах и обложках социальных карт. Характерные, броские черты его лица, с их нарочитой непропорциональностью, без стеснения были изображены самим ван Гогом в его многочисленных автопортретах.

На полотно повседневной жизни перекочевывают и сюжеты его картин: теперь ветка миндаля, золотые подсолнухи и огромные солнцеподобные звезды рождают устойчивые ассоциации с именем великого нидерландца. Его живопись расцветает на холсте современной культуры, и «новое» искусство становится массовым, обретая своё уютное местечко в истории и повседневности.

Образ Ван Гога как рыжебородого чудака с отрезанным ухом стал устойчивым в масс-медиа культуре. Художник с душой и глазами ребенка, создающий грубые и простые формы с почти детской непосредственностью, сегодня и сам стал картиной: иллюстрацией-рекламой для брендовой одежды и аксессуаров.

Кто же он, создатель «Ирисов» и «Звездной ночи над Роной» – заурядный художник, гениальный безумец или популярный бренд?

О жизни и творчестве Винсента ван Гога написано немало книг, в том числе и самим художником («Письма к брату Тео», «Письма к друзьям»). Однако, один из лучших биографических романов, посвященных судьбе великого импрессиониста, принадлежит перу американского писателя Ирвинга Стоуна.

«Жажд а жизни» – книга о человеке трагической судьбы. О становлении великого художника в условиях нищеты, голода и непонимания. О поиске сокровенных жизненных смыслов среди однообразного «рамочного» существования. Для настоящего художника картина всегда выходит за обрамляющую её рамку. Для ван Гога картиной стал весь мир, красоту которого ограничивала пресловутая рамка условностей, общественного мнения и презрения коллег по кисти.

Чопорные критики живописи, художники-современники, родственники и друзья Винсента видели в нем праздного бродягу, бесталанного самоучку, слишком поздно взявшегося за кисть. Действительно, до занятий живописью ван Гог довольно успешно занимался торговлей, а затем посвятил себя миссионерской деятельности.

Писать картины будущий художник начал в возрасте 27 лет. Его работы называли «детской мазней», критикуя дилетантский характер рисунков. Бросая вызов общепринятым нормам морали, Винсент пытался быть верным себе, «выражая суровую правду в суровой манере». Наброски безжизненных гипсовых фигур не интересовали художника, которого возмущало пресыщенное и обывательское отношение к искусству.

Ван Гог не желал изображать очевидное, стремился вложить в свои работы простую жизненную правду, глубокую и настоящую, пусть и несколько грубую в своем воплощении. Такая «детская» манера письма возмущала признанных мастеров живописи. И только брат Тео видел в нем настоящего художника.

На бесконечные обвинения в безнравственности ван Гог отвечал: «Есть свой хлеб даром, быть недостойным его – это преступление. Но не уметь зарабатывать на хлеб, хотя и быть достойным его, – это уже несчастье». Его глубоко мучила неспособность самостоятельно заработать себе на жизнь.

Кроме того, художник был бесконечно одинок. Его равнодушно отвергали женщины, которых он самозабвенно любил. На его пылкие признания в любви каждая из них отвечала решительным отказом. А он мечтал о семье и домашнем уюте, вдохновляющем на создание подлинных шедевров. Несмотря на неудачный опыт отношений, ранимый живописец расценивал любовь как движущую силу не только искусства, но и жизни в целом, считал её «подлинной силой», способной перевернуть мир.

Ван Гог жил и творил вопреки всему и всем: «У меня грязное и тяжелое ремесло. Я живописец». Зачастую не имевший денег даже на хлеб, художник ходил в лохмотьях и жил впроголодь. Однако в его картинах сохраняется эта удивительная красота момента, будь то городской пейзаж или наброски человеческих фигур. «Грязное ремесло» стало для Винсента смыслом жизни, способом самовыражения: «Если даже мне удастся в жизни поднять голову чуть повыше, я всё равно буду делать то же самое – пить с первым встречным и тут же его писать».

«Признаюсь, не знаю почему, но, глядя на звезды, мне всегда хочется мечтать». Так родилось полотно «Звездная ночь», написанное ван Гогом в июне 1889 года. Попытка художника изобразить красоту ночного неба воплотилась в фантасмагорию, созданную силой воображения настоящего мастера, способного видеть удивительную, отличную от обывательских представлений реальность.

Жажда жизни художника была настолько велика, что её едва ли могли сломить житейские неудачи и презрение коллег. Публика не воспринимала его полотен всерьёз, его новаторская манера писать вызывала непонимание и даже смех. Но ван Гог был уверен, что главная задача живописца не в точности изображения, а в его достоверности и выражении собственного «Я». Очевидная простота техники при всей своей примитивности сохраняет удивительную глубину, темперамент, стремление к гармонии и совершенству.

Творческий путь художника не был внешне блестящим. На протяжении всей жизни ван Гог сталкивался с насмешками и критикой. Всякий, кто был знаком с живописцем, уверял, что его жизнь, просто не может не кончится трагически… «Печаль будет длиться вечно» – сказал ван Гог перед смертью…

Когда Винсента не стало, мир признал в нем настоящего мастера. Его полотна получили известность, стали выставляться в ведущих музеях мира, вызывая споры среди коллекционеров, критиков и любителей живописи. Став одним из самых узнаваемых художников в истории, красуясь сегодня на рекламных баннерах, мелькая в новостных лентах, ван Гог стал культовым образом, по-прежнему оставаясь жертвой несвоевременности признания, обделившего гения при жизни и с лихвой воздавшего ему после смерти.

Фото: Публичные страницы VK.com

Валерия Пронина